Топ-100

Онлайн трансляция | 12 сентября

Название трансляции

Интервью

19.03.2009

Наместник Киево-Печерской Лавры: «Я благодарю Бога за величайшую милость быть наместником Лавры»

митрополит Павел

— Ваше Высокопреосвященство, расскажите о времени Вашего прихода в обитель. В каком состоянии находился монастырь?

С ранних детских лет, сколько себя помню, я хотел быть священником. О монашестве в то время даже не было и речи, потому что монастырей как таковых, кроме Почаевской Лавры, на Украине не существовало. С поступлением в Почаевскую Лавру тоже были проблемы, различного рода искушения, но Господь помог мне поступить в Московскую Духовную семинарию, в которой  ректором был нынешний Предстоятель УПЦ Блаженнейший Митрополит Владимир. В то время семинария жила трудами и подвигами митрополита Ростовского и Новочеркасского Владимира и я всем сердцем желал увидеть этого человека и услышать его проповедь. В то время не было никаких книг, телевидение ничего не показывало о церковной жизни и проповеди митрополита Владимира по телевидению никогда не транслировались.

Духовную семинарию я окончил в 1988 году, и тогда нынешний Блаженнейший Митрополит Владимир был Управляющим делами Московского Патриархата, и обе мои хиротонии, а также монашеский постриг завизированы его подписью. Я прибыл на служение в Волынско-Ровенскую епархию, и уже ныне покойный Владыка Варлаам (Ильющенко) сказал мне: «Отец Петр, я тебя посылаю из огня да в пламя», – потому что в 1986 году, когда был пожар в семинарии, сгорело пять моих собратьев по комнате, и я один, Божией милостью, остался жив и еще отец Михаил из Тернопольской области. Почему «из огня да в пламя»? В связи с тем, что с. Низкиничи совместно с г. Нововолынском насчитывали 75 тысяч населения и отец Владимир Понагайбо, ныне уже покойный, служил на два прихода, что было невероятно трудно, поэтому служилось через воскресенье. И вот мне было определено идти на приход в с. Низкиничи, где ныне Свято-Успенский мужской монастырь. Вначале было очень тяжело, люди ко мне присматривались, мне негде было жить, ничего не было. В советский период церковь белили известью, но в известь добавляли сажу, чтобы она не была слишком белой. Мое служение начиналось как раз в таком храме. Прихожан было немного.

Вспоминаются слова нашего епархиального архиерея владыки Варлаама, слова отца архимандрита Венедикта, инспектора духовной семинарии, в которой я учился, отца Илии о том, что нужно трудиться – это меня и вдохновляло в моей начавшейся пастырской деятельности. Будучи в семинарии, я прочел много духовной литературы, ознакомился со всеми книгами «Четьи Минеи» Димитрия Ростовского. Они настолько запали мне в душу, что жития многих святых я мог рассказать из строчки в строчку, в особенности преподобных Варлаама Печерского, Варлаама Индийского, Иоасафа Индийского и других  угодников Божиих.

Через год служения на приходе я принял монашеский постриг с именем Павел – в честь святого апостола Павла. Как владыка Варлаам сказал мне: «Тебе, отец Петр, выпало такое имя, чтобы не менять икону». Я хотел уйти в монастырь, в Почаевскую Лавру, когда уже немножко начало слабеть безбожие власти, но владыка Варлаам после принятия мной монашеского пострига сказал такие слова: «Отец Павел, в одно время тебя помоют, побреют и заберут, но запомни, что на руинах закончится твоя жизнь». Я сегодня шучу, когда думаю: уже вроде бы более-менее в Киево-Печерской Лавре все отремонтировано, на Нижней территории остался еще один корпус, что же мне Господь уготовил, что я должен умирать на строительстве?! Все, что мне сказал владыка Варлаам, исполнилось. В последний вечер, когда он уезжал из Волынской епархии в Крым, мы общались до двух часов ночи, и он сказал: «Отец Павел, меня скоро уже не будет, но Блаженнейшим Митрополитом Киевским будет Владимир (Сабодан). Вспомнишь мои слова». Я сегодня эти слова вспоминаю, потому что это были действительно пророческие слова, предсказание того, что сбылось в наше время.

26 марта 1994 года мне позвонили из епархии и сказали, что в среду, 30 числа, мне нужно быть к 9 часам в Киевской Митрополии. Я приехал в Печерскую обитель в полдевятого, меня встречают нынешний митрополит Донецкий и Мариупольский Иларион (тогда он был  Ивано-Франковским епархиальным архиереем), и покойный схиархидиакон Иларион. Владыка Иларион мне говорит: «Вот говорили, что нет наместника». Я говорю: «Владыка, какого наместника, что Вы говорите?» – «Ну- ну, наместник Лавры».  Я говорю: «Не смейтесь надо мной». А владыка Иларион когда-то отругал меня в Зимно. Когда приехал Блаженнейший, я сел за стол, и руки положил на стол, и подпер голову свою, и слушал, как Блаженнейший рассказывает за трапезой (просто для меня этот человек – отец, проповедник и пример жизни). Владыка Иларион сделал мне замечание, что нельзя подпирать голову руками, что можно только вот так или так. И я подумал: «Владыка Иларион еще и здесь меня начинает воспитывать!» Я только зашел в Митрополию, выходит Блаженнейший Митрополит Владимир с отцом Виталием Косовским и говорит: «Отец наместник, пойдемте, позавтракаем». Конечно, для меня это был «гром среди ясного неба». Я не мог ни о чем спросить, потому что не знал, о чем спрашивать, я весь дрожал от волнения. Мы помолились перед трапезой, сели кушать, и, как сегодня помню, подавали пельмени с грибами, и я не мог никак попасть в пельмень вилкой, руки дрожали, и официант Александр говорит: «Батюшка, кушайте», а Блаженнейший говорит: «Не трогайте батюшку, пусть успокоится, позже покушает». Мы позавтракали, и Блаженнейший говорит: «Зайдите, батюшка, ко мне. Вы с сегодняшнего дня назначаетесь исполняющим обязанности наместника Свято-Успенской Киево-Печерской Лавры. Если будут какие-нибудь проблемы, прошу Вас, отец Павел, об одном, чтобы между семинарией и монастырем было взаимопонимание. Это единое целое, и для меня дорого как одно, так и другое. Идите, примите дела в монастыре».

Отец Виталий меня провел в дом наместника. Здесь никого не было, только две монахини что-то делали и один человек через плечо бросил: «Ничего, и вас стравим». Я увидел, что в доме абсолютно ничего нет и, хотя я жил небогато, но для жизни на приходе у меня всего было достаточно, меня очень уважали и любили люди, я это точно могу сказать, потому что помню, как они меня провожали. Я сразу хотел отказаться быть наместником и говорю отцу Виталию: «Отец Виталий, пойдемте к Блаженнейшему, я не хочу ничего». А он говорит: «А Блаженнейший уже уехал, и вернется он нескоро».

— Владыко, расскажите, пожалуйста, об устроении жизни монастыря и о работах по восстановлению лаврских храмов.

Конечно, было очень тяжело. В монастыре отсутствовало даже самое элементарное, не говоря уже о запущенном и полуразрушенном состоянии храмов и помещений. Облачений не было, среди малочисленной братии не было взаимопонимания. Костяк был, я не скажу, что не на кого было опереться, но три недели партиями меня вызывали по ночам и рассказывали, как и что мне нужно делать, кого выгнать… В конце концов, я сказал: «Будем петь песню все, но начинаю я». Некоторые говорили, что я пришел сюда, преследуя корыстные цели. Эти слова меня более всего затронули. Я никогда не знал, что у меня есть и до сегодняшнего дня я никогда не считал, сколько у меня денег, никогда не занимался подсчетом своих вещей. До Пасхи при мне в Лавре были: отец Антоний, нынешний благочинный, отец Сергий, отец Василий, ныне протодиакон, который для меня и на сегодняшний день остается дорогим человеком, потому что он ко мне пришел в десять лет, были свои обстоятельства. Конечно, было очень тяжело. Я, в первую очередь, монах, но не монастырский, у меня не было четкого уставного распорядка: обед в 12:00, ужин во столько-то, отбой тогда-то. На приходе я знал, что у меня очень много работы: служба, и я один служу, тысяча человек причастников; знал, что мне за день нужно совершить пять-семь отпеваний, десять венчаний. Обвенчал я более 2 тысяч семей, часто бывало, что венчались родители и их взрослые дети, потому что знали, что я не разрешал причащаться. И для меня то, что люди воцерковляются и живут жизнью Церкви, было самым значительным.

Когда Блаженнейший Митрополит Владимир вернулся из поездки, я как исполняющий обязанности наместника отчитался ему по вопросам текущей жизни монастыря и спросил: «Ваше Блаженство, благословите, могу ли я уже уехать?» А Митрополит мне ответил: «Отец Павел, поезжайте домой, попрощайтесь с близкими и возвращайтесь в обитель». Конечно, я не скажу, что я был в восторге, понимая, что меня ждет, я знал, какие будут трудности. Блаженнейший Митрополит в то время жил в полуразрушенном здании. Это сейчас у него, благодарить Бога, есть своя келья, приемная, никто не ходит по голове, а раньше в одном месте были и келья, и канцелярия, и трапезная, иподиаконы жили там же, одним словом, неустройство было во всем и ко всему еще не было чего кушать. О нашем Предстоятеле и священноархимандрите обители, о том, как он возрождал церковную жизнь, я могу говорить днями, неделями…

Поехал я попрощался с родными и паствой, возвратился в Киев и Божией милостью уже 15-й год я у ног этого великого Святителя и скажу больше того – это угодник Божий, который очень любит Божию Матерь и преподобных, потому что на свое 60-летие он ответил, когда ему сказали: «Вам нужно то-то, то-то» – «Я готов жить в подвале, в землянке, но вместе с преподобными». Эти слова я храню в своем сердце и, умирая, буду помнить их.

Вскоре я начал организовывать разного рода работы по восстановлению обители. Потихоньку мы стали забирать корпуса: 45, 60, 70, 55, 44, перевели семинарию из 43 и 53 корпусов, которые вот рядом. Начались восстановительные и реставрационные работы. Не было ни одного храма. Самым первым храмом, который мы взялись восстанавливать, был Крестовоздвиженский. Мы освятили его 5 января 1995 года и совершили первую Божественную Литургию. Затем мы начали ремонт дома наместника. Здесь невозможно было жить: не было ни кухни, ни душа, ничего не было. Надо мной были пошивочная и рухлядная, а подо мной в подвале делали свечи и располагалась иконная мастерская. Мне не дали вознестись на небо и сойти во ад, так что пришлось быть посерединке. Так, Божией милостью, молитвами Блаженнейшего Митрополита Владимира и трудами братии, число которой стало возрастать,  начались поэтапные реставрационные работы по всей Нижней территории Лавры. О трудностях, которые были нами преодолены, рассказывать нечего, сегодня вы можете прийти и сами все увидеть.

— Какой путь необходимо пройти, чтобы стать монахом всемирно известного монастыря?

Необходимо пройти нелегкий путь, чтобы стать монахом. Изначально я был монахом, когда меня постригали, но монах, в первую очередь, должен молиться, пребывать в молчании, заниматься богословскими трудами. А мне, к сожалению, больше приходится заниматься устройством монастырского быта: чтобы братия была накормлена и одета, чтобы все были здоровы, чтобы имели, где голову приклонить. В Лавру ежедневно приходит очень много людей, поэтому нужно, чтобы были какие-то помещения для паломников, нужно искать благодетелей.

Чтобы стать священнослужителем, а впоследствии монахом, я закончил семинарию и чего желал – Господь дал мне все желаемое. Одного я на сегодняшний день прошу у Бога, чтобы Он хранил Блаженнейшего Митрополита Киевского и всея Украины  Владимира для Церкви и не оставил меня без Своей милости и Царства Небесного.

Когда я учился в семинарии, духовной литературы вообще не было, у студентов были истрепанные Евангелия, Апостолы, нигде нельзя было найти Жития святых. Тогда мне очень хотелось заняться изданием духовной литературы, что с Божией помощью впоследствии удалось реализовать. Первым было издано напрестольное Евангелие, тиражом 1000 шт., который быстро разошелся. Затем были изданы Апостол и Библия с толковым словарем церковных понятий. Многомиллионным тиражом мы издали книгу «Азы Православия», которую сегодня переиздают все. При содействии Л.Д. Кучмы и С. Г. Осыки, которые способствовали изданию, выпустили Жития святых. Эти книги увидели свет благодаря редактору духовных изданий Лавры  Валентине Григорьевне Осьмак, которая много потрудилась и с которой мы часто сидели за полночь, записывая проповеди, истории праздников, подбирая к ним иконки и тематические иллюстрации.

Если честно сказать, сегодня тяжело быть монахом. Скажу откровенно о Лавре и о моей братии, я не оговорился, это действительно моя братия, потому что практически все, кроме нескольких человек,  они при мне пришли в обитель и я их постригал. Это действительно истинные монахи, истинные подвижники. Прошу одного, чтобы Господь сохранил их для свидетельства этому миру. Представьте себе, сколько людей приходит в Лавру, а у нас нет таких благодетелей, как в других обителях, нет у нас таких хоров, все держится исключительно на трудах братии: службы, пение… Сто человек братии не могут обхватить обитель, которая имеет практически 40 гектаров, но во главе всех послушаний стоят монахи, и они руководят в доме Божией Матери, помогают мне нести жизненный крест, за что я им  очень благодарен. Особенно трогательно, когда ты выходишь на Полунощницу, или Литию, или когда братия выходит на солею петь лаврскую «Милость мира», тогда ты не понимаешь, находишься ли ты на земле, или стоишь в Царствии Небесном.

— Владыко,  каким Вам представляется дальнейшее развитие обители?

Киево-Печерская Лавра уже развита и восстановлена и в духовном понимании, и в историческом. Она имеет свои границы, обнесена стеной, как бы ограждающей обитель от этого суетного мира. Конечно, сейчас через стену никто не лезет, но мы были свидетелями попыток силового захвата Нижней и Верхней лаврской территории, когда враг рода человеческого всячески старался проникнуть сюда и разрушить обитель.

Сегодня более всего нужно созидать монастырь души, то есть не любить мир, как бывает, к сожалению, в наши дни, а более входить в келью своей души и там беседовать с Богом. Но обычно так не складывается, потому что представьте себе, каждый день в пещерах бывает много посетителей, а братии необходимо почистить пол, протереть гробницы, убрать воск, зажечь и потушить лампады, отслужить молебны, исповедовать верующих.

В 1996 году, когда я еще не был архиереем, ко мне обратились люди со словами: «Батюшка, мы не знаем, где нам сегодня крестить, венчать детей, отпевать усопших. Мы ходим только в Лавру, почему же нельзя сделать так, чтобы здесь совершались требы?» Я тогда обратился к Блаженнейшему Митрополиту Владимиру, а он как чадолюбивый отец говорит: «Да, отец наместник, обязательно нужно, чтобы в Лавре была введена практика совершения треб». С того времени у нас совершаются Таинства Крещения, Венчания и др. И хотя на сегодняшний день в Киеве значительно возросло количество храмов, но все равно люди духовно привязаны к Лавре и стараются по мере своих возможностей участвовать в жизни обители.

Поэтому я думаю, что основным направлением развития обители должно быть духовное направление. В1994 году, когда еще были нестроения и некоторые из братии видели направление в развитии обители по-своему, зачастую нарушая общепринятый монастырский  порядок,  когда нужно было, в дисциплинарных целях я говорил: «Братия, если кто-то из вас не смирится с самими собой, пришедшими в монастырь, Господь пошлет испытания различного характера» – так и получалось. Но уже тогда я определил, что Лавра еще духовно процветет, она не потеряет своей славы, потому что это дом Божией Матери, это дом рабов Ее, преподобных Антония и Феодосия и всех, кто здесь подвизался. Здесь не только 125 нетленных мощей преподобных отцов и тех, о которых мы знаем, что Церковь причислила их к лику святых, но их сонм. Как на небе звезд, столько здесь угодников Божиих. Я уверен, что это место, благословенное Андреем Первозванным, являющееся уделом Божией Матери, не может быть плохим, ведь Божия Матерь взращивает поле хорошо, Ее материнская молитва доходит к Богу, к Сыну, и Он милует. Я уже в этом убедился и могу засвидетельствовать множеством примеров.

Самое главное, чтобы братия Киево-Печерской обители пришла в возраст веры Христовой, чтобы преподобные не оставили нас. Когда придет время Божией Славы, я не говорю Страшного суда, он страшен для грешников, а мы, хоть и грешники, но уповаем на Божию милость и надеемся, что преподобные своими сильными молитвами нас немощных возьмут на свои руки. Я иногда говорю братии: «Как хорошо в Лавре! Когда будем идти на Страшный суд, можно укрыться под мантиями преподобных великих угодников и бес нас не найдет, ведь их же неисчислимый сонм! Такая нам отрада пребывать в доме Божией Матери».

— Владыко, какие памятные события происходили в Киево-Печерской Лавре за 15-летний период Вашего наместничества?

Памятных событий было много, их не перечислить. Первое событие – 950 лет со дня основания Лавры. Хоть я с этой датой не совсем согласен, но историки сказали, что так. Первое погребение преподобного Моисея Угрина было, кажется,  в 1036 году, но Летопись указывает на время основания монастыря в 1051 году. В паремиях Исаия говорит: «Продолжительность лет – это не означает, что премудрость исчисляется годами, но мудростью она исчисляется». Поэтому не столь важна точность даты, это, конечно, важно для истории, но самое главное, что Лавра есть, что богомудрые светила – преподобные отцы Печерские – светят тысячи лет на нашей святой Руси.

Второе памятное событие – это 2000-летие Рождества Христова и восстановление Успенского собора. Кто бы что не говорил, хотя Успенский собор, размещенный на территории историко-культурного музея-заповедника,  отстраивался за бюджетные средства города, но все же братия имеет к этому непосредственное отношение.

Третье событие – это 20-летие возрождения монашеской жизни в Лавре, совпавшее с празднованием 1020-летия Крещения Киевской Руси. Для участия в празднествах, приуроченных к этому событию, приехал Константинопольский Патриарх Варфоломей I, ныне покойный Патриарх Московский и всея Руси Алексий II, Архиепископ Тиранский и всей Албании Анастасий и представители из других Поместных Православных Церквей. Великий и радостный день для нашей Церкви и Вселенского Православия.

Не могу также обойти вниманием памятные события, связанные с жизнью Первосвятителя, нашего Священноархимандрита Блаженнейшего Владимира, Митрополита Киевского и всея Украины. Юбилейные даты: 60-летие, 65-летие и 70-летие со дня его рождения – это торжества действительно всемирного значения, потому что на них прибывали представители всех Поместных Церквей, тем самым еще и еще раз подтвердив, что наша Церковь и Ее Предстоятель пользуются авторитетом во всем православном мире.

Невзирая на то, что в наше время гонений как таковых нет, наш Митрополит является бескровным мучеником. Сколько нужно было претерпеть притеснений, насмешек, гонений, унижений за эти почти 20 лет! Но благодаря этому человеку наша Церковь духовно расцвела в краткий срок. Наверное, начиная со времен Киевской Руси, она так стремительно не развивалась. Посмотрите на растущее с каждым днем количество нововозведенных храмов, основанных обителей. А сколько Господь показал чудес: обретение в Лавре мощей священномученика Владимира (Богоявленского), Митрополита Киевского, мощей Павла Тобольского и Филарета Амфитеатрова; Ионы Киевского, Феофила Христа ради юродивого, Алексия Киевского, святителя Луки Войно-Ясенецкого, Лаврентия Черниговского и множество-множество других. Также были явления икон, к примеру, Боянской, «Призри на смирение»; иконы возвращались в обители, например, Зимненская. Великое множество чудес, связанных с жизнью монастыря, ибо здесь находится колыбель Православия и здесь живет ангел нашей Церкви – Блаженнейший Митрополит Владимир.

Я от всей души благодарен Богу за все. Не знаю, сколько лет жизни Господь мне еще отведет, но великая милость Божия быть в числе братии Киево-Печерской Лавры – обители, которой нет равных. Для меня быть наместником – это значит влиться в духовный поток этой святой обители, быть послушником здесь до конца своих дней.
— Ваше Высокопреосвященство, Вы возглавляли делегацию УПЦ, которая в Греции проводила переговоры о принесении  в Украину мощей
свт. Спиридона Тримифунтского.  Расскажите, пожалуйста, как Лавра готовится к этому долгожданному для православных верующих событию.

Было много различных поездок, в которых я сопровождал Блаженнейшего Митрополита Владимира. В свое время велись переговоры о принесении мощей Андрея Первозванного, Животворящего Креста Господня, мощей святого великомученика и целителя Пантелеимона и других святынь. Для меня наиболее запоминающейся была поездка, в которой я был спутником Предстоятеля УПЦ на юбилейных торжествах 2000-летия Рождества Христова. Это великая радость поклониться в Вифлееме яслям в день Рождества Христова и, если можно так сказать, быть в числе волхвов. И еще одно незабываемое событие, которого  Господь сподобил меня в 2007 году – быть свидетелем схождения Благодатного огня. Не передать ликования души в эти мгновения!

В феврале этого года я посетил остров Корфу и встретился с Митрополитом Корфским Нектарием. Мы обсуждали возможность принесения мощей святителя Спиридона Тримифунтского, чудотворца, на Украину. Конечно, для меня это великая радость, потому что я очень чту святителя Спиридона. Прочитав его житие и узнав о том, как святитель на Первом Вселенском Соборе на примере кирпича доказал Единство во Святой Троице, как из змеи сделал золото, как он изгонял бесов, я вновь и вновь задумался, насколько дивно все у Бога – семнадцать веков лежат мощи, тело осталось нетленным и источает Божественную силу. Господь через этих угодников дарует Свою милость всем, кто ее чает. Сегодня полнота УПЦ радуется, что святитель Спиридон посетит нашу страну, нашу Церковь, нашу Лавру. Своим посещением он благословит нашу страну. Он является покровителем всех нуждающихся, а сегодня, во времена экономического кризиса и смуты, мы несомненно верим, что он поможет нам, просящим его помощи.

Необходимо задуматься, что в нынешнее сложное время Господь милостив к нам и посылает Своих угодников, чтобы нас утешить, дать нам возможность не растеряться в этой жизни, а наоборот, собраться с силами и осознать непреложность истины: «Аз есмь с вами и никтоже на вы».

Я благодарю Бога за величайшую милость 15 лет быть наместником Лавры. Благодарю Божию Матерь, что Она вместе с преподобными терпит меня, мое недостоинство. Много бывает недостатков и по болезни, и по усталости, и по раздражительности, ибо «несть человек, иже жив будет и не согрешит» – один Господь безгрешен. Но я надеюсь и впредь на милость Божию.

Благодарю Блаженнейшего Митрополита Владимира за заботу и снисхождение ко мне. Родители дали мне тело, дали жизнь, а Блаженнейший дал мне жизнь духовную. Мои хиротонии были благословлены и утверждены его подписью, а архиерейскую хиротонию он избрал совершить в день моего рождения, который в этом году как раз приходится на Пасху. Такой был уготован мне величайший дар отеческой любви. Он сам совершил эту хиротонию и я являюсь викарием не Митрополии, а Митрополита Киевского, что засвидетельствовано документально. Я очень благодарен ему за все сыновней любовью. Одного прошу у Бога, об этом всегда говорю и сегодня повторюсь – дай Бог ему здоровья, потому что благодаря ему у нас сегодня в Церкви и в стране мир. Труды нашего Митрополита, его подвиги, его молитва настолько сильны и об этом свидетельствует церковная полнота. На протяжении пятнадцати лет я видел его слезы в кувуклии Гроба Господня, видел слезы в доме и на службе, но в нем никогда не было отчаяния, он всегда молился: «Да будет воля Твоя, Отче, и в нашей Церкви, и в нашей стране». И Господь слышит. Дай Бог здоровья, долгих лет жизни и милость Божия, чтобы никогда не оставляла нас.

Фото архимандрита Нифонта, инока Василия, Александра Данилевского

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.



Редакция сайта www.lavra.ua

Еженедельная рассылка только важных обновлений
Новости, расписание, новое в разделах сайта

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: